Глава 6. Некоммунистические анархисты

Прежде чем мы продолжим, я хотел бы сделать короткое пояснение. Это мой долг перед анархистами, которые не являются коммунистами.

Потому что вам следует знать, что не все анархисты – коммунисты. А именно, не все считают, что коммунизм – общая собственность и распределение по потребностям – является наилучшей и наиболее справедливой хозяйственной системой.

Я представил вам, прежде всего, коммунистический анархизм, потому что он, по моему мнению, наиболее желательная и осуществимая форма общества. Коммунистические анархисты придерживаются того взгляда, что лишь в коммунистических условиях анархизм может процветать и гарантировать равную свободу, справедливость и благосостояние всем, без какой бы то ни было дискриминации.

Однако существуют анархисты, которые не верят в коммунизм. Их можно, в целом, разделить на индивидуалистов и мютюалистов[6].

Все анархисты сходятся в одном фундаментальном пункте: что правительство означает несправедливость и угнетение, что оно вмешивается, порабощает и служит величайшим препятствием для развития и раскрытия человека. Все они считают, что свобода может существовать лишь в таком обществе, которое будет свободно от любого принуждения. Все анархисты едины в этом коренном принципе: что правительство должно быть ликвидировано.

Не сходятся они, в основном, в следующих пунктах.

Во-первых, в том, как должна быть осуществлена анархия. Коммунистические анархисты говорят, что лишь только социальная революция может ликвидировать правительство и установить анархию, тогда как индивидуалисты и мютюалисты не верят в такую революцию. Они полагают, что нынешнее общество сможет постепенно развиться от правительства к состоянию его отсутствия.

Во-вторых, индивидуалистически настроенные анархисты и мютюалисты верят в индивидуальную собственность, в отличии от коммунистических анархистов, которые видят в институте частной собственности одну из главных причин несправедливости, бедности и нищеты. Индивидуалисты и мютюалисты настаивают на том, что свобода означает «право каждого на продукт его труда», что разумеется, правильно. Свобода означает и это тоже. Но вопрос не в том, имеет ли кто-нибудь право на свой продукт, а в том, существует ли вообще что-либо вроде индивидуального продукта. Я показал в предыдущих главах, что ничего подобного в современной истории нет. Поскольку любая работа может быть совершена лишь сообща, произведённые продукты так же принадлежат всему обществу. Поэтому аргумент о праве отдельного человека на его продукт лишён всякого практического значения.

Я продемонстрировал также, что обмен благами или товарами не может осуществляться индивидуально или частным образом без того, чтобы существовала система прибыли. Поскольку стоимость товара невозможно измерить соразмерно, ни одна обменная торговля не является справедливой. Этот факт, по моему мнению, ведёт к праву общества на обладание собственностью и её использование, то есть к коммунизму как наиболее практичной и в то же время справедливой экономической системе.

Но, как уже сказано, индивидуалисты и мютюалисты в этом вопросе считают иначе. Они утверждают, что источником экономического неравенства является монополия, и выдвигают аргумент, что эта монополия исчезнет с ликвидацией правительства, потому что её делают возможной только специальные привилегии, предоставленные и охраняемые правительством. Свободная конкуренция, заявляют они, устранила бы монополию и связанные с ней беды.

Индивидуалистические анархисты, наследники Штирнера и Такера, а также анархисты, восходящие к Толстому и верящие в ненасилие, не имеют какого-либо чёткого плана хозяйственной жизни при анархии. Мютюалисты, напротив, предлагают вполне определённую новую хозяйственную систему. Вместе с их учителем, французским философом Прудоном, они верят в то, что кооперативные банки и беспроцентные кредиты служат наилучшей формой общества без правительства. Согласно их теории, свободный кредит, дающий каждому возможность ссужать каждого деньгами без всяких процентов, будет способствовать выравниванию дохода, сокращению прибыли до минимума и тем самым устранению богатства и бедности. Свободный кредит и конкуренция на открытом рынке, говорят они, привели бы к социальному равенству, а ликвидация правительства гарантировала бы равную свободу для всех. Общественная жизнь в сообществе и мютюалистов, и индивидуалистов, была бы основана на святости свободного соглашения, свободного договора.

Я представил здесь взгляды индивидуалистических анархистов и мютюалистов лишь в самых общих чертах. В задачи этой книги не входит детально обсуждать те анархические идеи, которые автор считает ошибочными и неосуществимыми. Как коммунистический анархист, я желал бы прояснить читателю взгляды, которые сам считаю наилучшими и наиболее разумными. Считаю, однако же, справедливым проинформировать вас о существовании и других, некоммунистических анархистских теорий.