К моменту

1917, 25 августа. Петроградский „Голос Труда", № 3. Источник: Волин."Революция и анархизм (Сборник статей)". - Издательство Конфедерации "Набат", 1919.

События следуют одно за другим, словно в гигантском калейдоскопе, с головокружительной быстротой.

Московское совещание... Прорыв рижского фронта... Контр революционные заговоры...

А что сказать о некоторых других, — быть-может, менее эффектных, но едва ли не еще более трагичных по существу, — «знамениях времени»?

Угрожающая массовая безработица... Призрак полного голода... Общее оскудение жизни... Общий развал...

Да. Это — революция. Подлинная, настоящая резолюция. Не светлый праздник, не "нечаянная радость", а великое и тяжкое испытание. В мучительных судорогах, в тяжелых очистительных страданиях рождается новая жизнь...

И вот, как во всякой подлинной революции, так и здесь — у всех, сменяющих друг друга, событий есть единый, связывающий их, глубокий внутренний смысл.

Есть одна основная черта, одна главная, центральная ось, вокруг которой, в сущности, вращаются все эти события, и которая прецставляется нам единственно-существенной, единственно-интересной, единственно важной и заслуживающей внимания, с точки зрения интересов трудящихся масс.

Идет великая борьба, — великая, трагическая тяжба; — между двумя вековыми историческими силами, между двумя старыми и смертельными врагами: между капиталом и трудом; между буржуазией и её рабами. Таково основное, "осевое" содержание революции. Все прочее, все промежуточное, все то, что стремится примирить, согласовать, сгладить, успокоить, — все это, хотя, быть-может, и характерно, и имеет временно свое значение, но — совершенно несущественно с точки зрения конечных результатов революционного процесса.

Хотим мы этого или не хотим; улыбается нам это или нет, — революция наша неизбежно закончится одним из двух: или, по ее окончании, останется капитализм, останется частная собственность на материалы и орудия труда, останется помещик, фабрикант, купец и останутся, следовательно, все те ужасы, которые неразрывно связаны с капиталистическим порядком вещей, — или же капиталистический строй исчезнет, не устоит, погибнет в горниле кровавых событий, и, "на другой день после революции", мы начнем жить на совершенно новых началах. Одно из двух: буржуазия будет , или не будет. Буржуазия или победит, или будет побеждена. Или погибнет, или начнет царствовать, по образу и подобию буржуазии западно-европейской.

Обе стороны — и буржуазия, и пролетариат — бопее или менее отчетливо сознают эту сущность революции. И каждая из сторон стремится к своей, возможно более полной, по возможности исчерпывающей победе.

Таков основной смысл всего, совершающегося ныне. Такова та главная ось событий, без твердого уяснения и постоянного памятования о которой невозможно ни правильно разбираться в текущих событиях, ни верно оценивать и понимать их.

Мы знали всегда и знаем теперь, что в этой великой тяжбе — буржуазия пойдет на все. Она будет, как была всегда и везде, беззастенчивой в выборе средств и беспощадной в их применении. И чем затруднительнее будет становиться ея положение, чем серьезнее будет обозначаться угроза её владычествованию, - тем бесстыднее будет её сопротивление революции, тем ужаснее будут меры, применяемые ею против революционного народа.

Все то, что происходит ныне, на глазах у всех, а также все, получаемые нами из серьезных источников сведения с мест, уже, как нельзя более ярко, подтверждают сказанное.

Буржуазия хочет победить. Всемирная буржуазия стремится погасить начавшуюся революцию, угрожающую её царствованию. И она не остановится ни перед чем, решительно ни перед чем, ради осуществления свой воли. Вот что мы должны сказать себе твердо, раз навсегда.

Но, у нас есть серьезные основания думать, что, на этот раз, буржуазии, — русской и международной, — не удастся сломить, раздавить, затопить в крови величайший, начатый Россией и медленно, но верно назревающий заграницей "бунт рабов". У нас есть основания считать, что даже военные успехи Германии не приведут к "гражданским" успехам и не спасут от угрожающей революции ни саму немецкую, ни международную буржуазию. Слишком уж взбаломучено повсюду народное море. Слишком расшатаны везде устои жизни. Слишком разбушевалась стихия, чтобы можно было теперь, теми или иными способами, укротить, обуздать ее, ввести в нормальное русло, в спокойные берега... Повелители стихии не ожидали сами такого урагана. И не слишком ли поздно теперь, посеяв ветер, пытаться уловить и унять бурю?...

***

Мы понимаем , однако, что, для конечного успеха революции требуется величайшее напряжение сил, - повсюду, на местах, - и ни на минуту не прекреащаюшщееся дальнейшее углубление и расширение революции там, где она уже началась, т.-е. в России, с целью превращения ей в революцию истинную, в революцию социальную.

Вот почему, каковы бы ни бы ли события и передряги момента, мы говорим русскому пролетариату, русскому крестьянству, русским солдатам, русским революционерам: прпежде всего и паче всего - продолжайте революцию! Продолжайте энергично организовываться и связываться между собой вашими организациями, союзами, общинами, комитетами, советами. Продолжайте неумолимо и неотступно, - в езде и всюду, — дело вмешательства в хозяйственную жизнь страны, дело перехода в ваши руки, т.-е. в руки наших организаций, всех материалов и орудий труда, дело устранения частных предприятий. Продолжайте революцию! Берите в свей руки решение всех жгучих вопросов момента. Создавайте необходимые для этого органы. Крестьяне - берите землю в ведение и распоряжение ваших комитетов. Рабочие — готовьтесь к переходу в ведение и распоряжение ваших организаций, — всюду на местах, — рудников и копей, промыслов и отдельных хозяйств, фабрик и заводов, машин и мастерских.

В ответ на все удары в спину: в ответ на все ухищрения, на все явные и тайные козни буржуазии, — вы должны еще определеннее, еще настойчивее организовываться, бороться, продолжать революцию.

Мы не видим , в совершающихся ныне событиях, ничего такого, что могло бы заставить нас отказаться от этой единственно-важной, единственно-ценной, единственно-спасительной и единственно-ясной, для трудящихся, задачи дня.

Наоборот. Более чем когда-либо, мы настаиваем пныне на безусловной необходимости отдать этой задаче все силы, все помыслы, всю энергию...