№ 28. МОСКОВСКАЯ ГРУППА КОММУНИСТОВ-АНАРХИСТОВ
Приближается Первое мая. Девятнадцать лет тому назад, в 1886 году, американские рабочие впервые отметили этот день всеобщей стачкой. Впервые этот день был освящен дружным восстанием угнетенных, и воспоминание об этом событии не должно исчезнуть никогда. То была смелая попытка рабочего класса противопоставить капиталистам единодушие и силу. Рабочие знали, на что они идут. В Америке, в этой стране, где нет политического деспотизма и существует самая свободная форма государства — демократическая республика, в этой стране рабочие по закону — полноправные граждане, на самом же деле, как и во всех других странах, порабощены капиталистами. Это позорное рабство поддерживается там, как и везде, полицией и правительственными войсками. Еще за несколько лет перед тем стала увеличиваться безработица. Много народа было прогнано с фабрик и заводов и обречено со своими семьями на голодную смерть. Положение было очень тяжелое. Как было .помочь? Как бороться с прекрасно организованной силой капитала?
Пользуясь свободой слова, собраний и союзов, американские рабочие также имели свои организации, и съезд их представителей в 85 году решил, что с следующего года рабочие не должны работать больше 8-ми часов в день. До тех же пор они работали 12 и 13 часов. Уменьшением рабочих часов рассчитывали поднять спрос на рабочие руки и уменьшить тем количество безработных. Пропаганда анархистов помогла найти верный путь к осуществлению этого решения. Под ее влиянием рабочие сказали себе: «Наши угнетатели и грабители-капиталисты живут нашим трудом, нашим рабским трудом и послушанием. Объявим же „восстание труда“ против эксплуататоров». Так создалась идея Всеобщей стачки. Решено было оставить работу, остановить движение, прекратить освещение города, испортить водопровод, остановить привоз на рынок провизии, выйти на улицы с готовностью на решительные революционные действия. Кто же такие анархисты? Почему их пропаганда привела к такому решению? Анархисты — люди, считающие, что всякий человек, без исключения, уже в силу своего появления на свет, имеет право на самое полное удовлетворение всех человеческих потребностей: пищи, одежды, жилища, образования, развития всех своих способностей. Существующий строй лишает всего этого громадную массу людей в пользу немногих. Поэтому анархисты являются непримиримыми врагами существующего строя. Они знают, что все эти преимущества одних перед другими в удовлетворении потребностей и в осуществлении прав покоятся на основе частной собственности. Они знают, что государство, всякое государство, есть организация, издающая и охраняющая эти привилегии. Они знают, что дело не изменяется от того, кто стоит у власти. Сущность государства, — охранение старых привилегий и создание новых — остается неприкосновенной. Меняются только лица, пользующиеся привилегиями. Поэтому анархисты объявляют себя непримиримыми врагами частной собственности и государства, всякого государства, всякой власти, присвоившей себе право распоряжаться судьбой других, подчинять себе всех. История показала, что всякая власть развращает властителя. Поэтому анархисты враги всякой власти. Они знают, что только глубокая социальная революция может привести к торжеству их идеала. Совершена же социальная революция может быть только единодушным Дружным напором всех угнетенных, беспощадной борьбой с привилегиями и основами их — частной собственностью и государственной властью. Только силой, а не просьбами, обращенными к власти, не сотрудничеством с нею, но захватом ее. Жизнь показала, какая глубокая отвратительная ложь скрывается за громкими фразами о равенстве, свободе и народовластии в пределах государства.
Анархисты знают, что при наличности государства прочно и имеет цену лишь то, что добыто и может быть удержано силою и сознательностью. Поэтому они стремятся развивать сознание непримиримости интересов наемного труда и капитала, свободной личности и государства. Поэтому они способствуют организации всех угнетенных и обездоленных. Организации, идущей снизу вверх и направленной к осуществлению их идеала — анархического коммунизма, то есть такого строя, в котором нет никакого насилия, никакого угнетения; в котором все производство и распределение нужных человечеству продуктов основано на правиле: со всякого по способностям, всякому по потребностям; строя, — состоящего из свободных! самоуправляющихся сотрудничеств — общин, связанных между собою путем свободного и добровольного соглашения — федерации; строя, в котором нет ни полиции, ни тюрем, ни пыток, ни казней, ни судей, ни попов, ни царей — все это становится не нужным с уничтожением частной собственности. — Где все одинаково равны, одинаково свободны, одинаково могут удовлетворять всем своим потребностям и развивать все свои способности. Заранее зная бесплодность всяких мирных попыток, анархисты звали к упорной, непримиримой революционной борьбе. Они не останавливались на восьмичасовом рабочем дне, как на конечной цели своих стремлений. Они звали к завоеванию его силой, попутно, между прочим, и к продолжению борьбы до осуществления идеала во всей его полноте.
Первого мая 1886 года 800 000 рабочих вступили в стачку. Гневу и ужасу капиталистов не было пределов. Буржуазия при помощи своих газет стала требовать от правительства немедленного, беспощадного подавления восстания, и дальнейшие события показали, насколько правы были анархисты. Во многих городах в течение первых двух дней около 200 000 рабочих добились 8-ми часового рабочего дня и столько же 10-ти часового. Но в Чикаго капиталисты выписали рабочих из других мест и продолжали работу с ними. Когда же стачечники пошли, 3 мая, к одной фабрике, чтобы склонить приезжих присоединиться к ним, полиция открыла пальбу и уложила на месте 56 человек. По этому поводу 5 мая состоялась на площади большая сходка, созванная анархистами. Во время речи одного из них на толпу опять набросилась полиция, давя и топча ее. Тогда кто-то бросил бомбу, выбившую из строя 60 полицейских. Много жертв пало и со стороны рабочих под выстрелами полиции59. Восемь самых видных и энергичных деятелей анархического движения были вслед за тем арестованы. После суда, представляющего такую же комедию, как и наши суды, пять из них были приговорены к смертной казни и трое к 15-ти летней каторге. Их «судили» не за взрыв: улик против них не было. В их лице сытые и власть имущие расправлялись с великой идеей освобождения угнетенных. Буржуазия мстила за испытанный ею ужас. Глупцы! Они мечтали виселицами устрашить анархистов! Осужденные просидели после приговора еще 15 месяцев в одиночном заключении в ожидании смерти. 11-го ноября 87 года были повешены Шпайс, Парсонс, Фишер и Энгель. Линг, чтобы лишить буржуазию приятного зрелища, взорвал себя, закурив сигару, начиненную гремучею ртутью. Остальные умерли на виселицах героями с криками: «Да здравствует Анархия! (безвластие)».
Так расправляется буржуазия и в «свободных странах» с борцами за дело пролетариата, так расправляется с ними правительство демократических республик и при наличности «социалистических» депутатов.
Рабочие! Слышали ли вы когда-нибудь раньше эту страницу социалистического рабочего движения, нашего движения, страницу, обагренную кровью мучеников-борцов? Первых мучеников идеи всеобщей стачки и Первого мая. Первых, но далеко не единственных. Какая длинная вереница окровавленных, замученных, сгноенных в тюрьмах жертв социализма встает за ними! Их кровь, их стоны и слезы взывают к нам и требуют отмщения, требуют, чтобы все мы шли завещанным ими революционным путем, отдавая жизнь за святое дело будущего! И этот-то день, Первое мая, социалисты-государственники на Западе пытаются превратить в… праздник! В веселый праздник, с церемониальными шествиями и песнями. И, чтобы избежать стачки, они перенесли свое празднование на первое майское воскресенье. Они считают происхождение Первого мая от постановления на своем конгрессе 1889 года60. Они замалчивают мучеников социализма, они замалчивают самые факты настоящей революционной борьбы наших заграничных братьев-пролетариев. Они проповедуют «мирные формы борьбы», сотрудничество с нашими коренными и исконными врагами, участие в их правительстве. Они сулят мирное разрешение проклятых вопросов, когда их будет большинство в парламенте, лет через [500]. А до тех пор… Терпите, не навлекайте на себя гнев власти и капитал имущих. Мощным потоком растет и ширится анархическое рабочее движение в европейских странах: пролетарии не хотят больше ждать, не хотят терпеть. Не хотим и мы. Довольно! Чаша народного терпения переполнилась!
Весельем ли и радостью отпразднуем мы Первое мая? Нет! Мы почтим память героев-борцов, почтим непримиримой борьбой, которую они нам завещали.
Братья! Все вы, чье сердце бьется ненавистью к угнетателям и лицемерам! Не смущайтесь тем, что вас не «большинство». Не надейтесь на вожаков, не ждите помощи ни у кого, кроме самих себя. Не ждите «приказов» для того, чтобы бороться! Действуйте сами, за свой страх и риск, и чем больше энергии приложите вы, тем вернее и ближе успех рабочего дела. Сейте семя возмущения, ненависти и восстания ['Взывайте к борьбе и нападению! Будите товарищей! Побуждайте крестьян захватывать землю и пользоваться ею, потому что земля, как и фабрики, и заводы, и рудники, принадлежат лишь тем, кто над ними работает. Наше насущное русское дело — свержение проклятого самодержавия. Но не для того, чтобы на место одних откровенных негодяев сели фарисеи и лицемеры. Помните, что одни свободные формы правления ничего не дадут вам кроме некоторого облегчения борьбы и организации ее. Борьбы, которую мы должны не покладая рук вести до полного уничтожения всякого гнета и насилия над человеком.
Вооружайтесь же сами, кто чем может! Организуйте боевые дружины! Отвечайте местью на все гнусности как царского, так и всякого другого правительства и капиталистов! Вперед! На борьбу за светлое лучшее будущее, за социализм!
Да здравствует всемирная социалистическая революция!
Да здравствует анархический коммунизм!
Апрель 1905 г.
ГОПБ. ОРК. Коллекция листовок. Гектограф (25,5×22,0), Хлеб и Воля. [Женева], 1905. № 17. Май. С. 11—12