№ 218. ПРОЕКТ СОГЛАШЕНИЯ ВОЛЬНЫХ СОЦИАЛИСТОВ [343]

По основным своим убеждениям — мы вольные социалисты, сторонники вооруженного восстания для разрушения современного, основанного на принудительной власти и частной собственности общества.

1.

Мы знаем, что экономическое развитие капиталистического общества не приведет нас к социалистическому строю, к свободе и равенству.

Все указания на концентрацию капиталов, на грядущий недостаток рынков для капиталистического производства, на, будто бы, наблюдаемое падение процента прибыли, на необходимость большого развития производительных сил для реорганизации общества на социалистических началах, на необходимость для каждой страны пережить фазисы развития, тождественные с фазисами стран, ранее ее вступивших на путь капиталистической эволюции, — все эти указания считаются нами неудачными, основанными на случайных данных гипотезами, отнюдь не подтвержденными, а, наоборот, опровергнутыми дальнейшими наблюдениями.

Современное научное знание не позволяет уже обольщаться несбыточными надеждами, будто бы капиталистическое общество разрушится от собственных противоречий.

Наблюдающиеся в капиталистическом обществе трения исчезают. Могучий механизм капитализма опрокидывает встречающиеся на его пути преграды и на миллионах жертв строит благополучие меньшинства. Этому победоносному и пагубному для трудящихся масс шествию может положить предел только грозная сила восставших и решившихся на коренную реорганизацию общества пролетариев и крестьян.

2.

Мы организуемся для переворота в России. Мы убеждены, что психологические предпосылки социальной революции назрели в этой стране. Умственный и нравственный уровень трудящихся классов, их способность подчиняться безличной и вольной (не авторитарной) дисциплине, организационные способности работающего коллектива — все это стоит на такой высоте, при которой вполне возможен переход к социалистическому, менее сложному, чем современный, общественному строю.

Отношение крестьян и рабочих к институтам частной собственности и принудительной власти, их стремление избавиться от эксплуатации и угнетения таковы, что социалистические порядки ими вполне приемлемы. 

Говоря короче, нет таких объективных и субъективных (экономических и психологических) предпосылок, появления которых надо ждать пролетариату и трудовому крестьянству для переустройства общества на новых началах.

3.

Только исторически сложившиеся, созданные классом насильников и ныне поддерживаемые буржуазией и интеллигенцией постоянные институты насилия — войско, полиция, чиновничество — стоят между трудящимися массами и социалистическим строем общества. Эти институты постоянного насилия должны быть уничтожены насилием временным — вооруженным восстанием угнетенных и эксплуатируемых.

Самообманом является фантастическая надежда, что благодаря экономической эволюции — если не современным рабочим поколениям, то их потомкам — придется разыграть почетную роль, раз речь идет о враче при родах ребенка, и бессмысленную, когда дело идет о рабочих-социалистах, — роль акушера при чреватом социализмом капиталистическом обществе. Рабочие близкого будущего — не акушеры, а воины социальной революции. Не на помощь старому обществу спешат они, а хотят уничтожить его. Не с хирургическими инструментами, а с оружием в руках придется им выступить для того, чтобы завоевать социализм.

Социализм будет завоеван, или его не увидит человечество.

4.

Те пути к освобождению рабочего класса, которые указываются ему политическими, именующими себя социалистическими, партиями, — политическая революция, выборы депутатов-социалистов, устройство рабочими потребительных коопераций — считаются нами путями, идя по которым рабочие никогда не освободят себя.

Предлагая эти пути, политические деятели самообманываются, недооценивая силы капиталистического общества и не понимая действительной роли законодательных учреждений и учреждений взаимопомощи.

Нам не нужна политическая революция. Те усилия, которые требуются от нас для ее совершения, — могут быть употреблены на служение делу социальной революции.

Мы не обольщаемся громкими словами: «диктатура пролетариата и крестьянства». Все это не что иное, как диктатура Сидоровых или Карповых, душащих полицией, войсками, тюремщиками, палачами и чиновниками всех тех, кто несогласен с ними в понимании того, что нужно крестьянам и рабочим, и в конечном счете душащих именно пролетариат и крестьянство. Не надо нам благодетелей, опекунов и начальников — все одно, выборных или не выборных. 

5.

Мы отрицательно относимся к малым программам. При свете современного научного знания ясно, что фабричное (рабочее) законодательство, составляющее главную часть этих программ, является не продуктом законодательного творчества, а неполной, запоздалой регистрацией завоеваний, сделанных рабочим классом вне стен законодательных учреждений.

Вторая часть этих программ, говорящая об учреждениях демократических (в сущности плутократических) государств и о демократических свободах, нас не интересует и не принимается нами, так как мы знаем, что народным массам тяжело в материальном и унизительно в моральном отношении живется в этих государствах и при этих свободах. Этими свободами и учреждениями могут пользоваться с выгодой для себя только те классы общества, в руках которых сосредотачиваются материальные богатства. Мы не хотим обманываться, подменяя классовую борьбу за социализм борьбой за демократические идеалы. Мы можем добиться большего, чем то, что сулят нам национал или социал-демократы.

Захват пролетариатом и крестьянством власти в капиталистическом обществе считается нами немыслимым и ненужным. Мы не можем считать управление депутатов-социалистов передачей власти трудящимся массам. Мало этого: всякая власть бессильна на добро и сильна на зло. Всякая власть, как бы ни видоизменялась она, всегда являлась помехой для творческой деятельности коллектива. Она будет вредна и в деле реорганизации общества, так как только общая деятельность всех трудящихся способна выполнить такую сложную, как сама жизнь, задачу. Только коллективная сила может выполнить гигантскую работу реорганизации общества. Никакие правители, никакие депутаты не справятся с нею. Их силы хватило и может хватить только на дело создания своего собственного благополучия и благополучия своих близких, а не на общественное творчество, которое обществу только и по силам. Власть всегда и везде развращала правителей и они играют только роль мухи на рогах пашущего вола, но мухи ядовитой, которая время от времени жалит вола, отравляя его кровь, понижая его энергию.

Всякая программа-минимум — зло, потому что говорит о необходимости или выгоде отречься в данный момент от борьбы за завоевание социалистического строя и учит, что борьба за улучшение быта в рамках капиталистического общества является борьбой за социализм; такие программы считаются нами злом потому, что учат ждать освобождения от правителей, от выборных и властных уполномоченных, а не от самих себя.

Разменивая на мелкую монету великую цель рабочих классов — социализм, заменяя ее борьбой за лучшие условия найма и т.п., программы-минимум убивают энергию, боевой порыв, энтузиазм.

Мы знаем только большую программу. Борьбу за улучшение своего быта в рамках капиталистического строя мы считаем не соци­алистической программой, а необходимостью; такой же необходимостью, как та, которая заставляет нас работать по найму.

6.

Наша главнейшая задача — социальная революция. Первая стадия социальной революции — вооруженное восстание угнетенных и эксплуатируемых. Для того, чтобы она увенчалась успехом, необходимо: 1) немедленное обращение в общее достояние земли, источников сырых материалов, промышленного, торгового, транспортного, ссудного и прокатного капиталов, объявление всего этого богатства принадлежащим всем и никому в отдельности; 2) социализация власти, то есть такой общественный порядок, при котором власть будет принадлежать всем и никому в отдельности; 3) социализация средств образования; 4) социализация средств лечения; 5) социализация средств военной самообороны, то есть поголовное вооружение всех могущих и желающих иметь оружие.

7.

Рабочим массам живется в настоящий момент очень тяжело. Нам приходится вести борьбу за сносное существование в капиталистическом обществе. Иначе жадные эксплуататоры познакомят нас с такой нищетой, с такими голодовками, с такими унижениями, о которых мы не имеем и понятия. Поэтому мы охотно примем участие во всяком выступлении, имеющем целью улучшить наше положение наемных рабочих или крестьян.

Для этой цели, те из нас, кто могут входить в рабочие и крестьянские союзы, и все мы принимаем участие как в стачках, так и в саботаже организованных и неорганизованных рабочих.

8.

Но так как главной нашей задачей является полное самоосвобождение, то мы будем работать над созданием такого настроения в рядах рабочих и крестьян, которое может перейти в вооруженное восстание и которое поможет нам организоваться на социалистических началах. Мы будем пропагандировать идеи рабочего социализма, всеобщей революционной забастовки (как начала социальной революции), идеи социального переворота, антимилитаризма и антипарламентаризма. На этот путь мы будем направлять те рабочие союзы, членами которых состоим и будем состоять.

Но настроение, необходимое для социального переворота, не может произвести последний, если за этим настроением не будет стоять сила. Численно крестьяне и рабочие России являются громадной силой, но большинство из них безоружны и не знают, а если и служили в солдатах, то плохо знают военное дело.

Поэтому те из нас, кто могут, составляют революционные братства с целью добыть оружие и приготовиться к будущему бою. В этих братствах мы обучимся как военному искусству, так и искусству революционного саботажа — штрейкмахерства. 

Централизация погубила бы революционные братства. Каждое братство должно быть автономно, должно развить возможно большую энергию, инициативу своих членов. Каждое такое братство должно состоять не больше, как из пяти человек (у португальцев братство состояло из четырех членов). Все мы, члены братств, будем связаны между собой нашими лозунгами и общею целью. Момент мобилизации и будет моментом нашей временной централизации при нападении на врага.

Мы организуем необходимые для братств учреждения.

Рабочие могут надеяться только на себя. Всякое соглашение с находящимися под управлением буржуазных элементов партиями, в критический момент, грозит изменой нашим интересам.

Не считаясь ни с кем, мы устроим всеобщую революционную забастовку, пошлем своих послов к крестьянам (с которыми и до того времени будем поддерживать тесные сношения), позовем их к себе на помощь в города, сами поможем им уничтожить власть и захватить в общее владение все, что экспроприировано у нас богатыми, все, что по праву принадлежит нам.

9.

[Пропущен Группой вольных социалистов при составлении Проекта, очевидно, из-за конспиративных соображений. — В.К.].

10.

Задача революционных братств была бы непосильной, если б они думали создать революцию. Революция не создается ни отдельными лицами, ни тайными братствами. Слишком много причин, благодаря которым революция является более чем вероятной. Мы не хотим быть застигнутыми врасплох наступлением революционного взрыва. Наши организации явятся только небольшой частью громадной рабочей и крестьянской революционной армии. Только с этими массами, в роли более осведомленных борцов пойдем мы к своей великой цели.

11.

Все указания на техническую невозможность вооруженного восстания — не серьезны: о них могут говорить только лица, не имеющие ясного представления о военном деле.

12.

Всякий, принявший эту платформу, приглашается начать работу, хотя бы он и не имел сношений с организациями вольных социалистов. Встретимся в бою. Б.м. [предположительно — Париж],

Б.д. [предположительно — 1911 г.]

ГОПБ. ОРК. Коллекция листовок. Гектограф.